28 июн. 2010 г.

Бесчеловечность либерализма

Исайчиков В.Ф., сопредседатель Марксистской платформы

Кто сейчас не ругает российских "либерал-реформаторов"? Только очень ленивый. Даже правительственный официоз - "Российская газета" - включилась в антилиберальную кампанию. Причем если материалы против американского империализма - зарубежного "хозяина" российских либералов - начали появляться достаточно давно, причем весьма острожно, то против доморощенных либералов открыт настоящий ураганный огонь. Например, в трех февральских номерах подряд (17, 18 и 20 февраля) антилиберальным статьям отданы целые полосы (не считая более мелких материалов). Поэтому следует заранее предупредить, что наш критический разбор либерализма никак не связан с внутренними разборками среди российской буржуазии: коммунистическая пресса всегда клеймила "либерал-реформаторов" нелестными (но заслуженными словами) - вплоть до "демофашистов". Но поскольку "ворон ворону глаз не выклюет", то как бы не бранились между собой отдельные отряды буржуазии, Лужков и Явлинский, Гайдар и Жириновский, Зюганов и Лебедь, они не могут признать главного - внутренней порочности современного капитализма во всех его ипостасях - от социал-демократического реформизма до фашизма.

Оставив в стороне причины поражения социализма в СССР и соцстранах, (они рассмотрены в других работах, например, в публикациях в журнале "Просвещение" начиная с 1995г.), хотелось бы обратить внимание на механизм внедрения либеральных ценностей в советское общество, на механизм вытеснения ими ценностей социалистических (хотя и неразвитых).


Как либералы в России разыграли фальшивые козыри.

В колоде либеральных шулеров имелось 2,5 козырных карты - политические карты - "права человека" и "сталинские репрессии", и экономические полкарты - "полные прилавки" магазинов. Весь остальной политический и экономический багаж либералов - мелкий антураж. Кстати, и "полные прилавки" - лишь выражение одного из "неотъемлемых" прав либерального человека-потребителя - свободы выбора. Мы обращаемся к этому проявлению одного из краеугольных камней либерализма не потому, что он наиболее интересен с теоретической точки зрения, а потому, что в многочисленных спорах с либералами они никогда про него не забывают. Причем "колбасный" аргумент больше всего в ходу у приверженцев "высокой духовности", у рафинированных "интеллектуалов".

Козырь N1 - "Полные прилавки"

Самый слабый и самый фальшивый либеральный козырь - полные прилавки магазинов. Выбить этот козырь у либералов не представляло никакого труда. Достаточно было при социализме поступить чуть-чуть по либеральному: слегка отрегулировать цены, чтобы прилавки магазинов превратились в музейные витрины. Именно так сделал "любимый" либералами политик советских времен И.Сталин после войны. Магазин "Гастроном" и ближайший рынок даже в периферийном городе представляли на витринах и прилавках практически всю "Книгу о вкусной и здоровой пище". Хотя, как и сейчас, большая часть трудящихся могла только издалека наблюдать за этим пиром изобилия: зарплаты и пенсии либо были ничтожными, либо их не было вовсе (у колхозников), но на прожиточный минимум хватало всем. При этом - свобода выбора: хочешь - покупай крабов (а потом сиди на хлебе и воде), хочешь - покупай молоко у молочницы с доставкой на дом.

Повторить такое изобилие (но на более высоком уровне) в конце 80-х годов не представляло никакого труда. Только в отличие от сталинских (и нынешних) времен, деликатесы реально стали бы доступными не только номенклатуре и торгашам, но и каждому - хотя и не по многу. Но на то они и деликатесы, сибирской ряпушкой весь мир накормить нельзя. Прич╠м это бы никоим образом не нарушало внутренний экономический закон социализма: от каждого - по способностям, каждому - по его труду (мы не будем углубляться сейчас в вопрос о точности этого принципа). Наоборот, это было бы его более точным выражением, чем сформировавшаяся система блата. Необходимо отметить внутреннюю фальшивость этого капиталистического принципа "свободы выбора". Если у рабочего и есть относительное право выбора (в пределах своих доходов и воздействия назойливой рекламы), когда он является покупателем товаров, то у него практически нет выбора, когда он является продавцом. Продать же он может только один товар - свою рабочую силу (то есть самого себя).

Козырь N2 "Права человека"

Теперь обратимся к другому либеральному козырю - "правам человека". Как же удалось так удачно разыграть эту фальшивую карту? Ещё сто лет назад А.Франс высмеивал либерализм, например, за его лозунг равенства пред законом: "Закон, его величество, равно запрещающий богатому и бедному спать под забором...". А во времена послевоенного расцвета либерализма на Западе никто не вспоминал о правах человека ни при разгуле маккартизма, ни при запретах на профессии в ФРГ, ни при многочисленных диктатурах в странах третьего мира (известно крылатое выражение либерала Ф.Рузвельта о никарагуанском диктаторе А.Сомосе: "Он сукин сын. Но это наш сукин сын"). Однако давно известно, что фальшивые деньги легче всего сбыть иностранцам. В Советском Союзе плохо ли, гоже ли, но без лишней помпы трудящимся обеспечивались основные права: право на жизнь, на труд, на медицинское обеспечение, на образование, на социальную помощь и пр. - примерно в тех пределах, которые могли обеспечить производительные силы страны. Именно с этого началась, собственно, советская власть, прекратившая войну (то есть обеспечившее сохранение жизни нескольким миллионам потенциальных жертв империалистической войны), обеспечившая крестьян первым необходимым средством производства - землей (то есть их правом на труд), установившей 8 часовой рабочий день, переселившей рабочих из подвалов в дома буржуазии, помещиков и их слуг, и пр. При этом динамика общественного развития (при известных зигзагах сталинской политики) была однозначной - постепенное улучшение положения трудящихся масс. Особенно это стало проявляться в послевоенные годы, когда при Хрущеве жизненный уровень большинства трудящихся вырос ощутимо.

Брежневский застой заметно замедлил скорость улучшения жизни, в конце брежневщины по отдельным направлениям и регионам даже наметилась деградация. Однако "перестройка" вдохнула новую социальную уверенность, тенденция стала меняться, в том числе и по тем направлениям гражданских прав, которые при сталинистских режимах считались сугубо буржуазными - то есть по политическим свободам. Свобода слова, свобода выбора, свобода печати (при заметном увеличении темпов роста производства, когда член Политбюро Никонов, ответственный за сельское хозяйство, начал задумываться, что делать с ожидавшимися излишками сельхозпродуктов) породили в обществе обстановку эйфории. Однако известно, что состояние опьянения (даже свободой) - не самое лучшее состояние для трезвых решений. Именно в этот момент либералы разыграли фальшивую карту "прав личности", воспользовавшись приемами небезызвестного пропагандиста Геббельса - "чем чудовищнее ложь, тем легче в нее поверят". В условиях, когда надежды росли быстрее, чем возможности, когда все явственнее и целенаправленнее действовали внутренние классовые враги - криминальные капиталисты, почти гениальным по эффективности (но не гениальным, ибо "гений и злодейство - две вещи несовместные") оказался лозунг "Хуже быть не может!". Сейчас-то все знают (но не все имеют смелость признаться в собственной глупости), что очень даже просто бывает хуже; как хуже - не стоит даже говорить.

Как раньше прибрежные грабители имитировали маяки безопасной бухты, заманивая заблудившиеся корабли, так и путеводными маяками для выхода из "кризиса" либералы "зажгли" лозунги "права человека". Для советских трудящихся, уже забывших, какой ценой были приобретены те гражданские социальные права, которыми большинство из них пользовались с первых минут жизни, эти "новые" права "человека" были чем-то вроде приправы к сытному обеду. Но оказалось, что получив приправу (да и то подпорченную), они лишились сытного обеда.

Какому человеку принадлежат "права человека"?

Дело в том, что "демократы-либералы" "забыли" добавить, что в либеральной и воровской традиции отнюдь не все граждане считаются "человеками". Для преступников мир делится на "людей" - это как раз бандитская шайка и есть, и "лохов" - всех остальных "недочеловеков", прошлых и будущих жертв. Для либералов мир тоже делится на сходные части - "элиту", которая как раз и располагает "правами человека", и "быдло-недочеловеков", которые называются и бездельниками, и маргиналами, и балластом, и люмпенами, и отходами. Кроме того, и те "права" которые они "навязали" доверчивым "лохам"-согражданам, направлены на одну цель - дать больше свободы капиталу, рынку, сделать все товаром. Можно вспомнить историю, в которой есть страница, о том, что английские буржуазные "борцы за свободу торговли" торговали рабами и захватывали колонии по всему миру, о том, как свобода "торговли" убила в колониальной Индии миллионы ткачей, так что их кости годами белели вдоль дорог Индии, об "опиумных войнах", которые вели колонизаторы в Китае за свободу торговли наркотиками. Перечень исторических преступлений либералов занял бы не один том.

Из последних "достижений" "свободолюбцев" стоит отметить, например, всеохватное распространение порнографии, а также расширяющуюся благодаря успехам медицины "свободу" торговли человеческими органами (в том числе - и насильственно отнятыми у еще живых людей). Вторжение в личную жизнь разрушает один барьер за другим. "Свобода информации" превратилась в свободу всеохватной слежки, от которой не спасают королевские и президентские титулы. Копание в "грязном белье" достигло максимального предела, когда грязное платье потаскушки становится предметом всемирного внимания и парламентских слушаний. "Права ребенка" провозглашаются для того, что бы капиталист имел право на эксплуатацию детей, не обращая внимания на права родителей по их защите. Само вынашивание и рождение детей становится одним из видов бизнеса, так что женщины-буржуазки освобождаются и от этих человеческих функций.

Третий козырь либералов - "сталинские репрессии"

Этот козырь - любимая карта либералов. И, в отличие от предыдущих, кажется настоящим: репрессии действительно были. Более того, часть этих репрессий была и чрезмерной, и не оправданной. Мы не будем останавливаться на социальной причине и направленности этих репрессий и вычислять, какая часть из них была чрезмерной. Мы хотели бы обратить внимание на два момента: на общеизвестный факт, что либералы в своих подсчетах репрессированных заврались до невозможности, и на то, что сами по себе репрессии и насилие - обязательный атрибут любого государства. Действительно, когда либералы в своих "подсчетах" довели число жертв репрессий в СССР до полутора сотен миллионов человек, то добавлять к этим расчетам нечего - вместо СССР давно должна была бы расстилаться та либеральная пустыня с 50 миллионами населения, которую либералы уготовали России и другим осколкам СССР. Правда, некоторые либералы, почувствовав, что либеральные историки сильно заврались в цифрах, к репрессированным начали относить и тех родителей, о нерадивых детях которых сообщали из школы на производство, а также тех бедолаг, которых на партсобраниях склоняли за разводы - ну прямо каторга без права переписки...

И хотя принцип "чья корова мычала б, а твоя молчала б" не самый продуктивный (особенно в науке или в суде), но, тем не менее, в политических спорах нелишне напомнить либералам, что становление капитализма уже принесло человечеству неисчислимое число жертв (и число жертв либерализма прибавляется каждый час, каждую минуту). Автор не может назвать точно численность жертв либерализма (это задача многих научных институтов), и будет очень признателен читателям, которые помогут уточнить е╠. Но та примерная цифра, которую он слышал (1,2 миллиарда человек) - впечатляет куда сильнее, чем число репрессированных при Сталине. Коммунисты не сторонники насилия - но и не безропотные овцы, чтобы подставлять горло под волчьи клыки. "Насилие - повивальная бабка истории" - чтобы родиться новому строю, идеалом и целью которого является общество без государства и насилия, приходится применять насилие. Так хирургу, вскрывающему опасный гнойник, приходится пускать в дело нож.

Что говорят либералы? (От простофиль до теоретиков)

Ниже мы приводим типичные высказывания либералов во время дискуссий в эхо-конференциях компьютерной сети ФИДО: "В одном смысле я точно не демократ. Я не сторонник неограниченной власти большинства. Право личности выше воли большинства" [М.Рамендик, 19 окт. 1998г. эхо-конференция "Политология" (su.pol.theory)]. "...разного рода маргиналам, у которых нет ни гроша, которые являются балластом, отбросами популяции" [В.Гришин, 7 февраля 1999г., эхо-конференция "Наука" (su.science)], "Бездельники, не умеющие производить "жигули" дешевле "мерседеса" защищены от заслуженной ими голодной смерти за счет жизненного уровня покупателей "жигулей" и "У казны останется больше денег на то, чтобы сытая и верная полиция быстро и эффективно лечила взбунтовавшееся быдло от скотства посредством свинцовых пилюль". [К. Монастырский, окт. 1998г., (su.pol.theory)]. Мы выбрали высказывания "рядовых" либералов потому, что они говорят более прямо, чем либералы из высших эшелонов, либералы-теоретики.

Правда, либералы-политики из высших российских кругов тоже не слишком скрывают свое "человеколюбие". У всех на слуху высказывания А.Н.Яковлева (заявившего: "Население должно в целом лишиться привычных гарантий - тогда оно будет работать так, как ему прикажут"), И.М. Хакамады ("Реформы не пойдут. Они будут идти так трудно до тех пор, пока старшее поколение не вымрет") и самого признанного российского либерала Е.Т. Гайдара ("Ничего страшного нет в том, что часть пенсионеров вымрет. Зато общество станет мобильным"). [БЛИЦ, N6,1999г.]. Та же самая Хакамада совместно с Г.Старовойтовой однозначно заявили о непризнании самой идеи социальной справедливости ["Момент истины", 8, 1997]. Такой же точки зрения придерживался и Г.Явлинский, хотя в последнее время "яблочники" и "хромают на социал-демократическую ногу". Правда, на социал-демократическую ногу со специфическим уклоном к либеральной лужковской кепке ["Российская газета", 20.02.99].

Теоретики-либерализма говорят осторожнее и завуалированнее, но их теоретические изыски недалеко ушли от откровений "рядовых" и "политиков": "Я не верю в народ. Я верю в человека, в лучших людей, в аристократию духа..." [Форстер, цит. по "Либерализм. Консерватизм. Марксизм", с14] "Главная особенность и ценность демократии - формирование политической элиты в конкурентной борьбе за голоса пассивного электората" [Липсет, там же, с26]. "В квазиисторических теориях социального контракта Гоббса, Локка, Пейна, человек выступает как существующим до общества, а его права и потребности как более естественные" [там же, c8]. Не случайно, что среди философов-либералов видное место занимает Юм, агностик-солипсист, для которого существует только собственное Я.

"Родовой грех либерализма"

Сейчас российские либералы публично отстаивают две позиции - и обе против: против коммунизма и против фашизма. Кстати, то, что либерализм не может предложить позитивной программы, показал весь опыт капиталистического развития последнего времени; отсутствие ярко выраженного позитивного начала - "родовой грех" либерализма. Даже свою "высшую политическую цель" - свободу (по определению либерального теоретика лорда Актона) либерализм определяет негативно: "отсутствие внешних ограничений" (Гоббс) [Там же,с16]. То, что либералы - злобные антикоммунисты известно давно. Например, в разгар "холодной войны" ЦРУ финансировало либеральный лондонский журнал "Энкаутер", "во всех рецензиях на его первый выпуск отмечалось, что "политические разделы журнала дышат негативным либерализмом или либерализмом, в позитиве у которого только одно - страх и ненависть к коммунизму" [Там же, c22]. Мы не будем излагать очередное "гениальное открытие" российских либералов, соединивших воедино коммунистов и фашистов и в горячечном бреду слепивших "красно-коричневый гибрид" - эти вопли хорошо всем известны.

Но в данном случае нет дыма без огня, и сейчас дым валит как раз из той шапки, которая горит на воре. Дело в том, что из всех бесчеловечных либералов российские либералы - самые бесчеловечные. В проблемно-тематическом сборнике двух институтов РАН - Института научной информации по общественным наукам и Института сравнительной политологии "Либерализм. Консерватизм. Марксизм" (М,1998г.) и посвященного преимущественно либерализму, даже в самых антилиберальных статьях нет ни одного такого явного людоедского высказывания, которыми так и сыпят российские либералы. Когда читаешь их высказывания, то начинаешь понимать, что в новообразованном митинговом словечке "демофашисты" больше правды, чем кажется на первый взгляд. Хотя справедливее было бы подкорректировать словечко на "либерал-фашисты". Причем, если вдуматься, то пожалуй, в таком словечке больше обиды фашистам, чем либералам.


В самом деле, законченный либерал - это доведенный до предела индивидуалист-солипсист, для которого в мире существует только собственное Я. Семья, общество, государство, партии - фиктивны или, в лучшем случае, вторичны. Однако еще Аристотель считал человека "общественным животным" ("zoo politicon") и даже средневековый христианин считал, что "люди проходят, как тени, но вечно общее благо" Э.Бёрк [Там же,с9]. Марксисты, опираясь на достижения современной науки, считают, что человек вне общества - животное, и что именно общественный характер прачеловека сделал его человеком разумным. Таким образом, теоретически позиции либерализма являются наиболее античеловечными, наиболее противоречащими его общественной природе.

"Фашизм - детский лепет либерализма"

В этом смысле фашисты, националисты и даже древние рабовладельцы, выступающие за приоритет своего племени, полиса, нации, государства или религии - то есть за приоритет некоего коллектива - ближе к человеческой природе, чем просвещенные либералы-индивидуалисты. Можно сказать, что в теоретическом плане "Фашизм - детский лепет либерализма" - но детский лепет не первых дней его жизни, а детский лепет его старческого маразма".

Да, нынешние фашисты не скупятся на обещания лагерей для своих противников - но эти лагеря им нужны, в первую очередь, для того, чтобы их заключенные работали на расу, нацию, или клан. Голодную смерть трудоспособных невольников ради свободы рынка они не пропагандируют. Фашисты за рынок, но не за абсолютизацию рынка. Да это им и не нужно, так как вместо дисциплины голода они используют дисциплину прямого насилия. Фашистские лагеря и принудительные работы - это не полностью развернутое рабство, близкий аналог негритянского рабства в либеральных США прошлого века. При этом следует отметить, что хозяин раба кормил - про крайней мере, трудоспособного раба.

Но делать из этого сравнения вывод, что фашисты (националисты) являются меньшими врагами трудящихся, чем либералы, никак нельзя. Доведенный до конца индивидуализм и элитарность, примат свободы человека над свободой общества - при большей теоретической бесчеловечности либерализм гораздо слабее в современной практике. Именно его античеловечная сущность ослабляет либерализм: индивидуалист-одиночка слабосилен.

Наоборот, бандитские шайки, националистические и фашистские государства и т.д., при их внутреннем индивидуализме, тем не менее, скрепляются единством коллектива (преступного, но коллектива) - стаи, нации, расы, религии, клана и т.п. Именно потому, что они используют присущей человеку коллективизм, эти движения на практике опаснее либерализма: волчья стая опаснее одинокого медведя.

Фашизм или либерализм?

Какой из двух основных вариантов выбрать, для капитала зависит от конкретных обстоятельств. Пока у капитала слабый противник, он выбирает либерализм в одной из его ипостасей - консерватизма, "чистого" либерализма, кейнсианства, социал-демократии, и в последнее время - "коммунистического" либерализма, когда вместо откровенно либеральных партий занимают партии "коммунистические" или бывшие коммунистические партий. Наиболее характерен пример Итальянской компартии, превратившейся в аналог либеральной Демократической партии США и отличившейся не только подавлением Албанской революции, но и выдачей для пыток турецких спецслужб лидера курдского национально-освободительного движения А.Оджалана. Наша российская КПРФ в своей политической практике не так далеко ушло от ИКП, но позиция "стыдливой" парламентской поддержки" без прямого доступа к власти даёт меньше возможностей "отличиться" яркой подлостью.

Стоит усилиться главному противнику либерализма - рабочему классу, как в ход идут фашисты или другие стороники непосредственного насилия. Не случайно, что и фашизм, и либерализм выступают против демократии (даже в ее усеченном буржуазном варианте). "Страх [либерала] перед демократией усиливается заложенной в идее демократии концепцией "народной власти", самой идеей народа, чуждой и неприятной либералу... Не случайно "отец демократии" Руссо стал сегодня одной из главных мишеней либеральной критики" [Там же, c19]. Депутат Госдумы и известный борец с фашизмом С.Юшенков недостатком демократии считает то, что она предусматривает выполнение воли большинства. Это, мол, может привести к еще более страшной диктатуре, чем ориентация на волю меньшинства ["Момент истины",8 ,1997] . Действительно, и в этом аргументе либерал не может обойтись без "помощи" фашистов - Гитлер пришел к власти парламентским путём.

Чем меньше у капитализма социальная база (а конкуренция неизбежно выбрасывает из класса капиталистов одного за другим, сосредотачивая богатства у ничтожного меньшинства населения), тем больше позывов на "железную пяту", тем больше шансов на фашистский путь для периферийных капитализмов. Но время "большого" фашизма как способа реализации интересов национальной буржуазии прошло (или проходит). Интернационализация мировой экономики и очевидная слабость стран, потенциальных кандидатов в фашистские режимы и претендующих на мировое господство (доля России в мировом ВВП не достигает 5%), делает все более опасным чилийский вариант, фашизм периферийный, вспомогательный. И будет ли осуществлять периферийный либерализм в форме периферийного фашизма "спаситель нации" в генеральской фуражке, в штатской кепке или в интеллигентской шляпе - по большому счету, для рабочего класса разницы мало.

У коммунистов ответ на поставленный вопрос один - ни либерализм, ни фашизм, а только социализм рабочего класса, демократическая диктатура пролетариата. Для России это тем более ясно, так как контрреволюционный курс "либеральных реформ" требует уничтожения двух из трех российских граждан. В этом у Гитлера и "либералов" поразительное сходство - по их сценариям в России должно жить не более 50 млн. человек, причем их роль - добывать сырье для своих зарубежных хозяев. И только солидарные действие российского и мирового рабочего класса могут спасти от либеральной напасти сто миллионов обречённых россиян - втрое больше, чем погибло во время фашистской агрессии. Так соединимся же, пролетарии!

1 комментарий:

  1. О либерализме чётко и ясно сказано в Сионских протоколах, что это яд, который сионисты вносят в организм государства, а затем терпеливо ждут, когда этот либеральный яд разрушит государство. Отсюда следует, что либералы - это своего рода вирусы, которые в результате своей деятельности выделяют токсины, разрушающие национальные государства.

    ОтветитьУдалить